EnglishRussian

Здесь люди и музыка становятся друзьями...

Гоголь любил оперу, любил театр и очень любил всех разыгрывать. Филармония, в самом названии которой заложена «любовь к гармонии», решила последовать примеру классика – и через соцсети разыгрывает 20 мест в симфоническом оркестре, которые займут слушатели, купившие билеты. Об условиях попадания на сцену можно прочитать здесь: https://vk.com/bkz_tomsk?w=wall-25462209_22574.

Идея же – пригласить слушателей в оркестр принадлежит московскому дирижеру Игорю БЕРЕНДЕЕВУ. Он будет дирижировать концертом «Гоголь в музыке» из филармонического абонемента «Литература в музыке».

— Что должен делать слушатель, оказавшись на музыкантском месте в оркестре? – поинтересовались мы у маэстро.

— Радоваться вместе с музыкантами.

— О, да – наблюдать, как работают другие – это изысканное удовольствие…

— В том-то и дело, что музыканты не работают – они так живут. Они всю жизнь занимаются тем, чем им нравится заниматься, что они любят – музыкой. Она – содержание их жизни. Поэтому для музыканта нет понятия «свободное время», так как все время отдано музыке. Они исполняют музыку и радуются. И особенно радуются, когда могут разделить свою радость с кем-нибудь. Например, со слушателями. Ведь одно дело, когда ты сидишь в зале, в кресле и многозначительно делаешь вид, что ты слушаешь, а другое – когда видишь глаза музыкантов, которые слушают своих коллег. Вот тут-то и можно понять, что такое оркестровый строй, слаженность игры…

— А оркестранты говорят, что они либо играют, либо считают такты, чтобы вступить в нужном месте. Но этого не увидишь. Ведь они «про себя» их считают.

— Зато можно увидеть, как скрипачи канифолят свой смычок, а гобоисты размачивают трости. Да и посмотреть, как выглядит оркестр изнутри, тоже интересно. Вблизи увидеть, как скрипачи, альтисты, виолончелисты исполняют те или иные штрихи… Ощутить, как разные группы инструментов взаимодействуют в оркестре…

— Кстати, об инструментах. В «Гоголь-сюите», по замыслу композитора, должны звучать челеста, чембало и орган, которых нет в составе симфонического оркестра.

— Челеста в филармонии есть, и она будет стоять на сцене. Звучание чембало и органа заменит синтезатор.

— Игорь Юрьевич, откройте секрет, какой инструмент издает звук, похожий на вой ветра в трубе или вибрацию ручной пилы? Именно такие звуки, мало похожие на музыкальные, слышны в Увертюре.

— Так звучит флексотон. И он тоже есть в наличии. Вот вы подсказали и еще одну причину, почему мы решили изменить традицию академических концертов, разрушить пресловутую четвертую стену – так легче знакомить слушателей с музыкальными инструментами.

— Театры давно усаживают зрителей на сцену, эту смену зрительской локации даже экспериментом не назовешь, но Томская филармония такого еще не практиковала. А у вас уже был опыт дирижирования не на сцене и не в оркестровой яме, а, например, в зале?

— Дирижировал. И не однократно. В Москве, в Электротеатре, оркестр сидел в зале, а зрители на сцене. В петербургском Александринском театре, когда исполнял «Весну священную» Игоря Стравинского, оркестра размещался в центре зала, а зрители вокруг.

— «Гоголь-сюитой» Альфреда Шнитке на премьере «Ревизской сказки» в Театре на Таганке дирижировал Геннадий Рождественский, и он же читал текст от имени Фердинанда VIII, короля Испании.

— В нашем концерте фрагмент из «Записок сумасшедшего» будет читать мастер художественного слова Евгений Шевелев. Музыка Шнитке да и проза Гоголя подталкивают к тому, чтобы нарушать академическую скуку. Скучать никто не будет! И будет много загадочного!

Беседовала Татьяна ВЕСНИНА

КУПИТЬ БИЛЕТ СЕЙЧАС, в том числе по Пушкинской карте